A Day in the Life — The Beatles

Джон Леннон: Когда мы пришли на запись, в той строчке не хватало одного слова. Я знал, что эта строка должна выглядеть так: "Теперь известно, сколько выбоин понадобится, чтобы... тра-та-та... Альберт-Холл". Конечно, строчка нелепая, но почему-то я никак не мог придумать глагол. Какая связь между выбоинами и Альберт-Холлом? "Заполнить Альберт-Холл" - это подсказал Терри [Доран]. Это было то, что нужно. Наверное, все это время я подыскивал нужное слово, но оно никак не подворачивалось. Окружающие вовсе не обязательно подсказывают тебе нужное слово или строчку, часто они случайно роняют их, а ты подхватываешь, потому что ты давно их искал (67).

Разумеется, мы с Полом работали вместе, особенно над песней "A Day In The Life". К такому способу работы мы прибегали постоянно: сначала пишешь хороший отрывок, делаешь самое легкое, вроде "сегодня я прочел новости" или что-нибудь другое. А потом, когда на чем-нибудь застреваешь и никак не можешь сдвинуться с мертвой точки, работу просто бросаешь. Вот тогда мы и приходили на помощь друг другу: я пел отрывок песни, а Пол дописывал ее, или наоборот. В тот раз он излишне осторожничал - наверное, думал, что песня уже и без того хороша. Иногда мы действительно не позволяли друг другу вмешиваться в работу, потому что чужое вмешательство и помощь могут расслабить. В таких случаях мы пробовали и пробовали (70).

Пол Маккартни: "Потом я придумал еще один кусочек, который сыграл на пианино: "Проснулся, встал с постели, продрал волосы гребнем..." - мою маленькую партию, хотя больше я ничего не предложил. А потом нас осенило: надо начать с сигнала будильника, - что мы и сделали во время записи. Мы попросили Мэла Эванса дать отсчет: "Три, четыре-двадцать пять". А когда этот звук стихал, было ясно, что пора переходить к следующей части песни. Мы просто разделили ее на две составные.

Пол Маккартни: Потом там была еще оркестровая вставка. Я просто сидел и думал: "Вот сюда! Конечно! Именно для этой песни!" Песня была, конечно, сумасшедшая - со всеми этими "I'd love to turn you on" и прочими психоделическими штучками. При желании мы вполне могли бы и продолжить в том же духе - песня давала простор воображению. Я попытался объяснить эту идею Джону: "Возьмем необходимые пятнадцать тактов, а потом попробуем что-нибудь новенькое. Попросим всех музыкантов оркестра взять самую низкую ноту на своих инструментах и постепенно дойти до самой высокой. Но делать это без учета того, что играет сосед". Мы так и записали в партитуре: "Отсюда играйте каждый как захочет".

На этом этапе мы как раз открыли стереозвучание (которое только появилось) и стали активно его использовать. Помню, мы спросили, почему на пластинке между песнями остаются небольшие паузы. Инженеры объяснили, что по традиции эти паузы продолжаются три секунды, они нужны для того, чтобы ди-джеи могли легко определить меню. Мы задумались: "Можно было бы вставить в эти паузы какие-нибудь забавные звуки". Потом мы услышали, как инженеры говорят о частотах, и стали их расспрашивать. Они объясняли: "Ну, существуют низкие и высокие частоты. Самые высокие слышат только собаки". Мы изумились: "Вы шутите?" И нам рассказали, что, оказывается, проводились эксперименты по использованию низких частот в качестве оружия. Если правильно подобрать частоту, то звук будет достаточно сильным - он способен разрушить целый город.

И мы подумали: "Надо вставить в запись звуки, которые смогут услышать только собаки. Зачем создавать пластинки только для людей?" Запись становилась все более причудливой, каждый вносил в нее что-то свое. Эти отрывки мы вставили в конце только для прикола: "Давайте сделаем вставочку для Марты, Пушка и Ровера".

Один из наиболее новаторских номеров группы Битлз, состоящий из нескольких ярко выраженных частей, пример оригинальной композиционной работы. В списке 500 лучших песен всех времен журнала Rolling Stone занимает 26-ое место.

Основным источником для песни послужила заметка в "Daily Mail"о гибели в автомобильной катастрофе 18 декабря 1966 года наследника семейства Гиннесс - Тары Брауна. Джон Леннон и Пол Маккартни часто рассказывали историю сочинения в своих интервью.

Джон Леннон: Я писал песню "A Day In The Life" ("Один день из жизни"), поставив перед собой на пианино газету "Дейли мейл". Я открыл раздел кратких новостей или что-то в этом роде - уж и не помню, как он там называется (67). В нем я обратил внимание на две заметки. В одной говорилось о наследнике Гиннесса и автоаварии. Это была главная новость рубрики. Он погиб в Лондоне при столкновении автомобилей". На соседней странице говорилось о четырех тысячах выбоин на улицах Блэкберна, Ланкашир (80).

Пол Маккартни: "Слова "он расшиб себе голову в машине" Джон взял из газетной статьи. Мы слегка изменили эту фразу, сделали ее чуть более драматичной. На самом деле он просто разбился в своей машине. Именно так мы относились к истории.

Однако по воспоминаниям Джорджа Мартина песня с самого начала была посвящена нелегальным препаратам. В студии во время сочинения Джон и Пол использовали газетную заметку, превратив ее в историю о том, как накаченный наркотиками известный политик разбился на машине, проехав на красный свет.

Финальный аккорд песни стал самым известным аккордом в истории музыки. Леннон, Маккартни, Старр и Эванс на трех фортепьяно одновременно взяли один и тот же аккорд, который на записи удалось растянуть до 40 секунд, постепенно увеличивая громкость микрофона. Когда ручки микрофонов оказались в максимальной позиции, по словам очевидцев, стали слышны случайные звуки: шелест бумаг и скрип стульев, на которых сидели музыканты в студии.

В первом варианте Битлз планировали использовать для последнего аккорда не инструмент, а пропеть его все вчетвером. Но после многократных попыток записать вокальный аккорд от этой идеи отказались, решив использовать более эффектные средства.

Джордж Мартин: Мне надо было оркестровать эту идею. Сначала весь оркестр должен был взять самую низкую ноту и в течение 24 тактов, постоянно повышая свое звучание, достигнуть самой высокой ноты. В партитуре я так и обозначил: самую низкую ноту и самую высокую ноту и провел волнистую линию, просто обозначая в конце каждого такта какую ноту к этому моменту должен играть музыкант. Конечно, все они смотрели на меня, как будто я полностью свихнулся.

Идея аранжировки песни вызревала постепенно в процессе студийной работы. 19 января записали ритм-трэк и вокал Джона, которому придали сильнейший эффект эха. Один из первых дублей "A Day In The Life" вошел в альбом "Антология 2", где хорошо слышен счет Мэла Эванса на протяжении 24 тактов. Было еще неизвестно, чем заполнить этот "промежуток" между частью Джона и частью Пола. По воспоминаниям Джорджа Мартин Джон просил изобразить какими-либо средствами "музыкальный оргазм". Пол Маккартни предложил идею использовать в песне атональное крещендо, которое должны будут исполнить приглашенные оркестровые музыканты.

Сразу после выхода альбома 1 июня 1967 года "A Day In The Life" была запрещена к трансляции на радио Би-Би-Си. Причиной послужила строчка "I'd love to turn you on", также намек на курение марихуаны увидели в словах "found my way upstairs and had a smoke / and somebody spoke and I went into a dream". По словам представителя Би-Би-Си: "Мы снова и снова слушали эту песню и решили, что Битлз заходят слишком далеко. Все это могло способствовать пропаганде наркотиков".

На вечеринке, устроенной в доме Брайана Эпстайна по случаю выхода альбома, Джон Леннон отверг любые намеки на наркотики, сказав, что песня об "автоаварии и жертве", а пресловутую строчку назвал "самой невинной фразой". Позже Пол Маккартни опроверг любую связь с наркотиками: "что мы действительно хотим сделать, это повернуть слушателя по направлению к истине, а не … к курению марихуаны". Джордж Мартин утверждает, что всегда считал строчку "found my way upstairs and had a smoke", содержащей намеки на наркотики, вспоминая как Битлз прерывались во время студийной работы, чтобы выйти и выкурить сигарету возможно с марихуаной.